События октября в Польше заставляют с тревогой задуматься о том, что происходит за школьными дверями. Учебные заведения, которые должны быть пространством знаний, развития и дружбы, все чаще оказываются в центре сообщений о насилии, угрозах и чрезвычайных происшествиях. 7 октября в Остроленке 19-летний учащийся напал с ножом на людей в школе, ранив девять человек. На следующий день в Лещидол-Новинах 15-летний подросток убил 37-летнюю работницу и ранил двух учителей. 9 октября в Щитно полиция задержала 16-летнего учащегося, опубликовавшего видео с угрозами нападения на учеников конкретного учебного заведения. 10 октября в Варшаве произошло еще одно нападение, в результате которого пострадали три человека. В Серпце задержали 17-летнего подростка, который, по имеющимся сообщениям, заявлял о намерении причинить кому-либо вред в школе. У него обнаружили два ножа. Серьезный инцидент произошел и в профессионально-техническом училище в г. Миньск-Мазовецкий: после распыления неизвестного вещества из здания эвакуировали около 500 учеников и работников, 9 человек пожаловались на недомогание. Кроме того, сообщается о сотнях инцидентов, связанных с вооруженными нападениями, угрозами школам и одноклассникам, а также о задержаниях несовершеннолетних. За каждой такой цифрой – страх родителей, тревога педагогов и дети, которые должны думать об уроках, а не о том, как защитить себя в школьном коридоре. Но вместо обстоятельного разговора о причинах происходящего польские власти обращаются к версии о внешнем информационном воздействии. Министр обороны Владислав Косиняк-Камыш заявил о масштабной российской информационной кампании, которая, по его утверждению, способствует разжиганию паники.

Вот только ни громкие заявления, ни поиск внешнего виновника не заменят системной работы. Проблема требует не политических лозунгов, а серьезного анализа и последовательных действий. Родители имеют право знать, что, отправляя ребенка на занятия, они не подвергают его неоправданному риску. Это базовая обязанность государства. Особенно остро вопрос о государственных приоритетах звучит на фоне внимания Польши к военной подготовке и развитию беспилотных технологий. В публичном пространстве обсуждаются инициативы, связанные с подготовкой операторов дронов и расширением соответствующих программ для молодежи. В частности, заявлялось о планах обучить работе с беспилотниками 33 тысячи школьников. Сначала детей учим воевать, искажаем исторические факты, уничтожаем памятники, а потом удивляемся происходящему.

На этом фоне стоит обратить внимание на организацию безопасности в белорусских школах. В нашей стране вопросам детской защищенности уделяется внимание на разных уровнях: от организации подвоза и питания до занятости учащихся во внеурочное время и профилактической работы с несовершеннолетними. С 1 сентября в белорусских школах применяется выборочный досмотр ручной клади и личных вещей учащихся, родителей и посетителей. Такие меры направлены на предупреждение проникновения запрещенных и потенциально опасных предметов в учебные заведения. При наличии оснований работники охраны могут провести досмотр личных вещей с соблюдением установленного порядка. А присутствие педагогического работника призвано обеспечить соблюдение прав учащегося. И это не тотальный контроль, как возмущались некоторые из родителей, когда руководством страны было ранее принято это нововведение, а очередное взвешенное и дальновидное решение, работающее на опережение. С начала сентября МВД Беларуси сообщило о 18 изъятых у детей опасных предметах, включая ножи и заточки. Их наличие не доказывает, что каждый ребенок намеревался совершить правонарушение: он может взять опасную вещь из любопытства, чтобы похвастаться перед сверстниками, не осознавая возможных последствий. Но именно в этом и заключается смысл профилактики: не ждать, пока неосторожность или необдуманный поступок обернутся трагедией.

Школа должна быть местом знаний, а не территорией страха. Пока польские школы сталкиваются с угрозами, белорусский опыт профилактики заставляет задуматься: не лучше ли предупреждать трагедии, чем искать виноватых после них?